В третьем квартале этого года еще тысяча петербуржцев стали счастливыми заемщиками.

Средняя сумма кредита стала поменьше (1 млн 600 тысяч; в начале года было 2 млн 530 тысяч), зато самих кредитов – побольше (во втором квартале банки выдали 808 займов). Прирост – почти 19%.

Аналитики удовлетворенно пишут, что ипотечный рынок уверенно идет вверх. До предкризисных показателей еще пока далеко (в третьем квартале 2008-го граждане набрали в долг в четыре раза больше), но мы туда уже идем.

Доля ипотечных сделок в общем объеме рынка – 7,2%. Максимум (опять же в прошлом году) составлял 23-25%.

Нижняя граница официально объявленных ставок – 10,5%, но это только при совпадении сразу нескольких условий, большой «белой» зарплате и существенном первоначальном взносе. Средние рублевые ставки, по данным Городского ипотечного банка, составляют 16-18%, если брать в долларах – 12-15%. До «справедливого» уровня кредитования, о котором летом говорил президент Дмитрий Медведев – 6% - еще очень далеко. А будет еще дальше: депутаты Думы обсуждают законопроект, в соответствии с которым незадачливые заемщики, если им вдруг урежут зарплату или вовсе уволят, получат на год отсрочку от выселения из занимаемого жилья. Буде такой правовой акт примут – а депутаты любят принимать социально ориентированные законы - банки немедленно «зашьют» новые риски в процентные ставки.

Генеральная прокуратура недавно запретила финансистам в одностороннем порядке менять стоимость уже выданных кредитов. Это по сути правильно, а то у нас получалась вовсе игра в одни ворота: когда рынок из-за кризиса падает, и залоги дешевеют, банки подстраховываются, пересматривая ставки со ссылкой на форс-мажор. А когда у граждан падают доходы (по той же, в общем, причине), и платежи становятся неподъемными – это никакой не форс-мажор, а личное дело самих граждан, и банк свое все равно возьмет.

В правительстве активно обсуждают две проблемы, связанные с ипотекой. Первая: как лучше субсидировать ипотеку (помогать гасить проценты всем или выборочно, в зависимости от доходов или от параметров покупаемого жилья и пр.)

Вторая: как все же помочь тем, кто ипотеку уже взял, и теперь не может по ней рассчитаться. (Запущенная схема, с реструктуризацией займов через АРИЖК, почему-то работает вяло: даже не очень финансово продвинутые граждане сообразили, что через годик-другой им придется платить уже по двум кредитам).

Сторонники государственных субсидий (например, в половину банковской ставки) уверенно ссылаются на успешный опыт автокредитования, где господдержка действительно привела к росту рынка. Правда, АвтоВАЗу это все равно не помогло. Но хуже другое. Выпуск автомобилей можно увеличить в разы за короткий срок, за полгода, к примеру. Можно еще снизить экспортные пошлины. А жилье из-за границы никак не привезешь. (Тут возможен только экспорт населения – но это другая история). И чтобы резко увеличить его производство, нужно минимум два-три года и целый комплекс точных, аккуратных мер по стимулированию строительства. А подобной ювелирной техникой наше правительство никогда не отличалось. (Марку на бутылку наклеить – и то целая история).

Неужели мы так быстро забыли, что бывает, когда кредитование стимулирует спрос (накачивая отрасль заемными деньгами), а производство (строительство жилья) почему-то хронически отстает? Забыли, как Москва по стоимости метра стремительно догоняла княжество Монако?

Ведь буквально три-четыре года назад все это уже проходили: «Ипотека – наше все», составная часть нацпроекта, объемы кредитования растут по экспоненте, граждане берут займы в швейцарских франках и японских иенах, балуются плавающими ставками… А начальство ритуально удивляется: отчего это жилье так неоправданно дорожает?